25 ноября 2012 г.

Лучик

Вера НиколаевнаТяжелый рассказ, я облилась слезами, пока прочитала! Успокаивает одно – это не история из жизни. Но мы все знаем, что истории из жизни бывают во много раз страшнее и безысходнее! И не всегда в них бывает хэппи-энд, как в истории про Веру Николаевну.

Я думаю, что не случайно автор дал своей героине такое имя. Вера Николаевна слепо любит своего сына и оправдывает его отношение к себе. Какая жалость!..

Хорошо, что еще не оскудела земля наша сердобольными людьми! Людьми, которые в состоянии совершать настоящие поступки и своим добрым светом освещать жизненный путь своих соседей по планете!

 

- Что ты тут расселась? Милостыню просит! Иди, работай! Развелось тут вас, как крыс! – с презрением сказала Вере Николаевне проходившая мимо высокая молодая женщина в дорогой норковой шубе.

Веру Николаевну ничуть не удивила эта молодая красивая женщина. Таких людей она встречала каждый день и привыкла уже за два года и к безразличию, и к жестокости, и к презрению.

Вера Николаевна лишь молча склонила голову.
Два года бездомной жизни на улице научили Веру Николаевну стойко переносить любые лишения. Она могла бороться с голодом, хотя иногда и случалось ей падать в голодный обморок. Она могла уходить в себя и не чувствовать пронизывающий холод. Вера Николаевна привыкла даже к человеческому равнодушию.

Тридцать лет Вера Николаевна проработала в школе учительницей младших классов, но ей пришлось бросить любимую работу, когда муж попал в автокатастрофу и стал инвалидом. Вскоре умер Александр Васильевич, и у Веры Николаевны остался только сын Федор. Когда Федор женился, жизнь Веры Николаевны изменилась. У нее обнаружили сахарный диабет, за ней приходилось ухаживать, напоминать о приеме лекарств. Вера Николаевна вскоре поняла, что стала чужой в собственном доме. Невестка делала все, чтобы свекровь добровольно покинула дом, а Федор начал обвинять свою мать в расточительстве, так как на лекарства уходила вся ее пенсия. Голодать Вера Николаевна начала еще в доме. Молодожены редко питались дома. Они с утра до вечера находились на работе и обедали, ужинали зачастую вместе в городе, а приходили поздно вечером, когда Вера Николаевна уже спала.

Еще через некоторое время Вера Николаевна оказалась на улице. Когда сын сообщил о Доме престарелых, Вера Николаевна ушла, не зная, куда.

Вечером к Вере Николаевне пришел Волк. Вера Николаевна знала, что он непременно сегодня придёт и что после его прихода снова все изменится. Волк был правой рукой хозяина района, где просила милостыню Вера Николаевна. Его все бездомные боялись, так как он был известен своей жестокостью и жаждой власти.

- Я говорил тебе убраться отсюда до утра? Говорил?

Волк судорожно схватил Веру Николаевну за шею и стал ее душить.

Чтобы просить милостыню, надо было платить налог хозяину района, а у Веры Николаевны денег не было.

- Я уйду… Пожалуйста, не бей меня, Волк, - умоляла Вера Николаевна.

- Я привык к послушанию, а ты меня не послушалась. Ты, дрянь бездомная.

Волк избивал Веру Николаевну ногами, какой-то попавшейся ему в руки палкой до тех пор, пока Вера Николаевна не оказалась вся в крови. Она в этот момент тоже ушла в себя, чтобы не чувствовать боль. Она вспоминала свою молодость, своего Александра Васильевича и сына. Нет. Она не держала зла на единственного сына. Вера Николаевна его постоянно оправдывала и любила. «Разве мать может иначе?» - думала Вера Николаевна. Сейчас она лежала на холодной, мокрой земле, истекая кровью, и просила Бога только об одном: «Боженька, милый, прости его! Прости. Он у меня хороший!»

Вера Николаевна потеряла сознание. Очнулась она уже в больнице. Открыв глаза, Вера Николаевна пришла в недоумение. Она не могла понять, где находится, что с ней случилось. Боль пронизывала все тело, голова разрывалась на части от этой нестерпимой боли, глаза открывались с трудом.

- Вера Николаевна! – услышала она вдруг чей – то мужской голос.

Вера Николаевна увидела сидевшего рядом с ней светловолосого мужчину. Он бережно сжимал руку Веры Николаевны, гладил ее по лицу.

- Ты кто? – спросила Вера Николаевна.

- Я Толя. Толя Вишневский. Вы меня помните?

Нет. Вера Николаевна не помнила человека с таким именем.

- Я ваш ученик. Помните, вы называли меня Лучиком? У меня еще веснушки были.

Лучик. Маленький, шустрый и очень способный мальчик с веснушками. Да. Вера Николаевна вспомнила его . Она любила этого развитого не по годам малыша с хитрой улыбкой. Вера Николаевна вспомнила, как Лучик воровал цветы у соседки и приносил их ей. Душа Веры Николаевны наполнилась теплом.

- Лучик мой, - прошептала она.

Слезы потекли по щекам, а Лучик бережно их стер большим пальцем.

- Вера Николаевна, вы не волнуйтесь, отдыхайте, поправляйтесь. Скоро мы поедем домой!

- У меня нет дома, сынок.

Лучик тыльной стороной ладони стер теперь уже свои слезы. Он прижался ко лбу Веры Николаевны и сказал:

- Вы назвали меня сыном, значит, мой дом – ваш дом! Мы поедем домой. Я много рассказывал о вас своей жене Марусе. Она хочет с вами познакомиться. Она испекла вам пирожки с капустой. Вы любите пирожки с капустой, Вера Николаевна? Они в сумке лежат. Я сейчас достану.

Вера Николаевна ела горячие, вкусные пирожки с капустой и понимала, что больше не одна.

Источник здесь.